Игра на повышение: почему власти задумались о легализации онлайн-казино?

Почему вместо войны с нелегальными онлайн-казино Минфин предложил их узаконить? В России, где азартные игры запрещены, власти впервые заговорили о легализации онлайн-казино как о прибыльном для бюджета проекте. Повод — цифры, которые игнорировать больше нельзя: оборот онлайн-казино составляет триллионы рублей. Что на самом деле стоит за инициативой: монетизация человеческих слабостей или трезвое желание вывести гигантский рынок из тени? Разбираемся в нашем лонгриде.

Всё, что нужно знать об онлайн-казино в России

Пока в России обсуждают возможность легализации онлайн-казино, сам рынок уже давно сформировался и живёт по своим правилам. 

Гемблинг (азартные игры) — индустрия развлечений, включающая ставки на спорт, казино, покер и лотереи. В России разрешены лишь такие виды гемблинга, как беттинг (ставки на спорт), тотализатор, лотереи и наземные казино в четырёх специальных зонах. 

До 2009 года казино могли работать повсеместно, но после масштабной реформы игорного бизнеса, все наземные казино были выведены из городов и получили право работать исключительно в четырёх игорных зонах. Сейчас сыграть в рулетку можно лишь в «Красной Поляне» (Сочи), «Янтарной» (Калининградская область), «Приморье» (Приморский край), «Сибирской монете» (Алтайский край). И это не просто казино, а целые курортные кластеры с отелями, ресторанами и концертными площадками, призванные работать на экономику региона. 

По данным консалтингового агентства H2 Gambling Capital за 2024 год, в структуре мирового гемблинга бесспорное лидерство за беттингом: на долю ставок приходится 38,8% мирового рынка. Онлайн-казино занимают второе место с 32,2%. Далее с большим отрывом идут лотереи (11,7%), скачки (11,5%), бинго (2,6%)  и покер (2,4%). 

Несмотря на то, что онлайн-казино в России официально запрещены, их аудитория исчисляется миллионами. Согласно исследованию ResearchView за 2022 год, около 20 млн россиян активно играют, а каждый шестой житель страны считается потенциальным клиентом. 

Анализ WelcomePartners за 2024 год рисует портрет типичного игрока: чаще всего это мужчина (среди игроков 77% — это представители мужского пола) в возрасте 31-40 лет (46% аудитории), имеющий стабильный доход. Средний депозит за сессию превышает $100, а половина активных игроков этой возрастной группы пополняет счёт более 19 раз в год на общую сумму свыше 17 000 рублей. В индустрию также вовлечены и молодые люди 21-30 лет (около 23%), и игроки старше 40 (18%). 

Легализация онлайн-казино в России?

«Предложение ещё будет прорабатываться», — сухо прокомментировал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков инициативу, которая способна перевернуть игорный рынок с ног на голову. Как выяснил “Коммерсантъ”, министр финансов Антон Силуанов предложил рассмотреть легализацию онлайн-казино через создание специального оператора. Фискальный эффект — до 100 млрд рублей ежегодно в казну.

Откуда столько? Ответ — в масштабах онлайн-казино в России. По оценкам  президента Международной ассоциации бокса Умара Кремлева в интервью RTVI, оборот букмекерского рынка — около 2,5 трлн рублей в год, онлайн-казино — 3-3,8 трлн. Так, размеры теневого рынка онлайн-казино на треть перекрывают  всю легальную индустрию спортивных ставок.

Власти признают проблему, но мнения о реальных объёмах рынка расходятся. Генеральный директор Единого регулятора азартных игр (ЕРАИ) Алексей Грачев говорил на ПМЭФ-2025 о двадцатипроцентной доле «серого» сектора рынка. Причем значительная часть этого оборота представляет собой транснациональный бизнес, где доходы уходят в криптовалютные схемы и юрисдикции, недружественные России. 

Международные данные подтверждают тревожную тенденцию: согласно отчету платформы Yield Sec, доходы нелегальных онлайн-казино, работающих через криптовалюты, достигли в 2024 году $81.4 млрд, увеличившись в пять раз всего за три года. Поэтому попытка узаконить многомиллиардный бизнес представляется логичной.

Что разрабатываем?

Предложение Минфина, по сути, является проектом создания государственной модели с единым оператором — компанией, которая получит исключительное право на организацию онлайн-казино. Так, по аналогии с легальными букмекерами, все финансовые потоки должны будут проходить через новую государственную структуру (по функционалу похожую на Единый центр учета переводов ставок). Более того, оператор будет обязан ежемесячно отчислять в бюджет не менее 30% от своей выручки, формируя тем самым прогнозируемый денежный поток для бюджета.

Чтобы понять, как это будет работать на практике, представим гипотетического оператора — компанию «ГосАзарт». Пользователь, прошедший идентификацию через Госуслуги, делает ставку в 1000 рублей. Данные об этой операции мгновенно фиксируются в Центре. Если по итогам месяца «ГосАзарт» примет ставок на 100 млрд рублей, а пользователям выплатит 97 млрд, то его налогооблагаемая база составит 3 млрд рублей. Тридцать процентов от этой суммы — 900 млн рублей — будут направлены в госбюджет.

Как пояснил ВЕДам Вадим Зарипов, партнер юридической фирмы МЭФ LEGAL, создание монопольного оператора соответствует всем правовым нормам и не противоречит принципам свободной конкуренции. В России успешно работают аналогичные системы аутсорсинга государственных функций, например, Единый центр учета переводов ставок букмекерских контор и тотализаторов согласно “Закону о госрегулировании деятельности по организации азартных игр”. 

Почему да? Рациональные аргументы за легализацию

Потенциальные преимущества легализации онлайн-казино можно разделить на два блока: макроэкономические выгоды для государства и повышение безопасности и контроля на рынке.

Наиболее очевидным аргументом остаются потенциальные налоговые поступления: в условиях дефицита федерального бюджета, который по предварительной оценке Минфина составил около 2,6% ВВП (5,645 трлн рублей) в 2025 году, любая возможность ежегодно привлекать в казну дополнительные деньги выглядит весомо. 

Но оппоненты указывают, что вопрос упирается не в абсолютную нехватку средств, а в приоритеты. Как заявил депутат Михаил Делягин, ссылаясь на данные Минфина, в Фонде национального благосостояния находятся значительные резервы: “Вот 9,6 триллиона рублей лежит у Силуанова в госкармане, а ему не хватает 100 миллиардов рублей.” Таким образом, рождается вопрос, допустимо ли пополнять бюджет за счёт индустрии онлайн-казино при наличии альтернатив?

Помимо налогообложения, легализация создаст официальные рабочие места — от IT-разработчиков и специалистов по кибербезопасности до сотрудников служб поддержки и комплаенса. Это также может способствовать притоку инвестиций в смежные технологические и финансовые секторы.

Второй, возможно, даже более весомый аргумент касается национальной безопасности и защиты граждан. Сегодня онлайн-казино в России фактически никак не регулируются. Эти площадки, чьи серверы и юридические лица находятся за рубежом и действуют по своим правилам: они не идентифицируют игроков, не несут ответственности за манипуляции с играми и последствия для пользователей. Фактически, сегодня у государства нет ни одного инструмента, чтобы хоть как-то контролировать этот многотриллионный «Дикий Запад». 

«Нелегальные площадки не проверяют возраст пользователей. Мы на практике видим последствия: среди тех, кто обращается за помощью подростков в несколько раз больше, чем взрослых», — объясняет ВЕДам Елизавета Белякова, председатель Альянса по защите детей в цифровой среде.

По мнению эксперта, при введении онлайн-казино в правовое поле, у государства появится возможность устанавливать обязательные требования к этому виду деятельности: вводить верификацию пользователей, исключать доступ несовершеннолетних, ограничивать недобросовестную рекламу, а также обязывать операторов информировать о рисках и внедрять механизмы ответственной игры. Без такого регулирования повлиять на ситуацию невозможно, поэтому сама тенденция к формированию нормативного поля в этой сфере представляется нам правильной и социально значимой, отметила Белякова.

Наконец, легальный статус означает защиту прав самих игроков. Например, в официальных онлайн-казино пользователи получат возможность официально оспорить результаты, защитить свои права. Легальный оператор будет обязан внедрить процедуры KYC (Know Your Customer — «знай своего клиента», обязательную идентификацию каждого пользователя) и AML (Anti-Money Laundering — отслеживание подозрительных транзакций.)

Таким образом, с точки зрения сторонников этой идеи, легализация — прагматичный переход от неэффективной борьбы с последствиями теневого рынка к своевременному управлению рисками. Это шаг к тому, чтобы вывести многомиллионную аудиторию из тени, дать государству инструменты для её защиты, а экономике — доходы.

Почему нет? Социальные риски и цена вопроса

Однако у потенциальной прибыли есть иная сторона — социальные риски. Противники легализации убеждены, что цена «этих миллиардов» окажется непомерной для общества.

Психолог Ангелина Сурина предупреждает, что после легализации онлайн-казино число зависимых может увеличиться, что в свою очередь может привести к трагическим последствиям вплоть до роста преступлений или суицидов. “Легальный статус создаст иллюзию безопасности и допустимости, соблазняя «попробовать» даже тех, кто в тяжелый жизненный период — после потери работы или личного кризиса — будет искать легкий выход. В итоге вместо решения реальных проблем такие люди рискуют попасть в виртуальную ловушку, разрушающую личность и семью”, — поясняет ВЕДам эксперт.

Особую тревогу вызывает уязвимость малообеспеченных слоев населения, для которых азартные игры традиционно представляются иллюзорным, но быстрым способом решения финансовых проблем. Адвокат Юрий Пустовит напоминает читателям ВЕДов, что исторический запрет как раз и преследовал цель положить конец порочной практике, когда люди спускали в автоматах всю зарплату, оставляя семьи без средств. Легализация, по его мнению, может реанимировать эту разрушительную модель, а государственные инструменты контроля окажутся неэффективными против природы азарта. Таким образом, налоги будут, по сути, собираться за счет социального неблагополучия наиболее уязвимых граждан.

И наибольшая критика этой идеи звучит со стороны политиков. Председатель партии «Справедливая Россия» Сергей Миронов называет инициативу Минфина циничной. Его ключевое возражение — в принципиальной недопустимости строить бюджет на таком источнике. Он обвиняет ведомство в потворстве игорному лобби, предлагая альтернативу в виде резкого увеличения налога на уже существующий легальный игорный бизнес в наземных зонах, а не расширения его вредоносного влияния в цифровое пространство. 

Итог дискуссии сводится к простому выбору. Легализация онлайн-казино — это не вопрос «за» или «против» азарта как такового. Выбор на самом деле между контролируемым риском и тихим хаосом. И еще не ясно, какой из этих сценариев страшнее.