Эффект Илона Маска: как SpaceX вышла на IPO

12 июня SpaceX стала шестой самой дорогой публичной корпорацией Америки, а Илон Маск первым в истории триллионером с состоянием в $1,1 трлн. Разбираемся, как компании, которая за год потеряла почти $5 млрд, удалось привлечь рекордные $85,7 млрд, и что это было – гениальная ставка инвесторов или начало самого большого пузыря со времен доткомов? 

Пройдемся по базе: что такое SpaceX и зачем ей IPO?

Хотя большинство по-прежнему воспринимает SpaceX как «частную космическую компанию Маска», на деле это технологический конгломерат, в котором ракеты – самая заметная, но далеко не самая прибыльная часть. Сейчас SpaceX состоит из трёх основных сегментов. 

Главный финансовый двигатель компании – спутниковая связь Starlink. Группировка из 9600 спутников обслуживает более 10 млн подписчиков в 164 странах со средним чеком $66 в месяц. Именно на это подразделение приходится 61% всей выручки SpaceX за 2025 год, и оно единственное, которое стабильно приносит операционную прибыль: маржа составляет почти 39%. Проще говоря, с каждого доллара выручки компания зарабатывает аж 39 центов, которые идут на развитие остального бизнеса.

Второй сегмент бизнеса компании – космические запуски. Ракеты Falcon, корабли Crew Dragon – это всё SpaceX. В 2024 году компания обеспечила 52% всех космических запусков с Земли и доставила 84% грузов на орбиту. И всё же, несмотря на технологическое превосходство, этот сегмент дает лишь 21,9% выручки.

Ну и последний и самый капиталоёмкий сегмент – ИИ. В него входят чат-бот Grok, соцсеть X (бывший Twitter) с 1,3 млрд аккаунтов, производство чипов Terafab в партнерстве с Intel и аренда вычислительных мощностей для других игроков. Сейчас ИИ съедает 75% всех капитальных затрат компании, а операционная маржа сегмента составляет минус 198,5% – иными словами, на каждый полученный $1 приходится почти $2 убытка. 

Именно для того, чтобы удовлетворить и космические, и ИИ-амбиции, SpaceX необходимо было первичное публичное размещение акций (IPO). Для бизнеса это способ привлечь деньги не в долг, а в обмен на долю в компании, а для ранних инвесторов и сотрудников – шанс превратить «бумажные» акции в живые деньги. 

Насколько рекордный этот рекорд?

Привлеченные $85,7 млрд – это крупнейшая сумма, которую когда-либо получала компания при первичном размещении. Предыдущий максимум принадлежал саудовской нефтяной госкомпании Saudi Aramco, которая в декабре 2019 года продала акций на $25,6 млрд. Таким образом, SpaceX привлекла почти втрое больше средств при сопоставимой оценке компании в $1,75 трлн.

При этом интерес к бумагам появился задолго до открытия биржи – потенциальные покупатели хотели приобрести акции на сумму, вчетверо превышающую доступный объем. И вопреки стандартной практике, розничные инвесторы – обычные граждане, а не институциональные фонды – получили от 20 до 25% всего предложения (хотя в большинстве крупных IPO на эту категорию отводится 10–15%). В общем, андеррайтеры (банки, организующие размещение и отвечающие за распределение акций среди клиентов) сознательно увеличили долю розницы, чтобы обеспечить высокий спрос в первый день торгов.

И у них получилось. В начале торгов 12 июня акции выросли на 20,7% относительно цены размещения и достигли отметки в $163. На пике в течение дня бумаги поднимались до $176,52, но к закрытию сессии цена составила $160,95, что дало рост на 19,2% за день. 

Но не для всех этот день закончился триумфом. Параллельно с реальным размещением на Уолл-стрит развернулся отдельный спектакль в мире криптовалют. Биржи Bybit, Binance, Bitget и MEXC за несколько недель до IPO запустили продажи токенизированных акций SpaceX, обещая клиентам токены, обеспеченные реальными бумагами в пропорции 1:1.

Однако из-за того, что организаторы IPO SpaceX сократили долю розничных инвесторов до 20% (изначально предполагалось вообще 30%), провайдер xStocks не смог законно приобрести необходимый объем акций на рынке, и вся цепочка поставки токенов разрушилась. В результате криптобиржи отменили кампании, а собранные средства – включая $557 млн на Binance – вернули клиентам. В общем, у кого-то все же осадочек остался. 

Итак, по итогам размещения SpaceX получила $85,7 млрд, криптобиржи столкнулись с тяжелой реальностью, а индексные фонды приготовились залить в акции еще десятки миллиардов. И теперь главный вопрос – куда эти деньги пойдут.

Куда уйдут $85,7 млрд?

Если читать проспект эмиссии SpaceX (официальный документ, который компания представила перед размещением ценных бумаг) как фантастический роман, то перед нами – план строительства многопланетной цивилизации. Если как бухгалтерский документ – то это сухой список долгов, которые нужно погасить, и ставок, которые могут не сыграть.

Часть привлеченных средств сразу уйдет на погашение бридж-кредита в $20 млрд, который SpaceX взяла для консолидации с ИИ-стартапом xAI и социальной платформой X (эта сделка позволила встроить ИИ-бизнес в систему космической компании). По условиям соглашения, чистые поступления от IPO должны быть направлены на его погашение в течение шести месяцев. 

Остальное пойдет на то, что пока существует в основном в презентациях и на рендерах. Первое и самое осязаемое – ускорение разработки сверхтяжелой ракеты Starship. Именно от этой системы зависит следующая волна удешевления запусков, масштабирование спутниковой группировки Starlink до десятков тысяч аппаратов и создание орбитальных дата-центров для искусственного интеллекта. 

Идея последних выглядит так: вычислительные мощности для ИИ выносятся в космос, где работают на солнечной энергии. Никаких затрат на электричество и кондиционирование. Однако есть проблемка – Starship пока остается экспериментальной системой, а без дешевой доставки грузов на орбиту вся конструкция рассыпается. 

Далее – “лунная” экономика. В проспекте эмиссии упомянуты промышленная инфраструктура на Луне, добыча ресурсов на астероидах и строительство поселений на Марсе к 2030 году. 

Ну и отдельная строка – собственная фабрика чипов Terafab в партнерстве с Intel. Она должна снизить зависимость от Nvidia, TSMC и Samsung, обеспечив SpaceX собственными процессорами для ИИ-вычислений. Первоначальный объем инвестиций оценивается в $55 млрд (что уже две трети от всего объема IPO). В общем, компании в будущем в любом случае потребуется дополнительное финансирование – ей придется либо привлекать новые деньги, либо выбирать приоритеты.

Ясно одно: рынок дает Маску деньги авансом – точно так же, как в 2010 году давал Tesla под обещание Model S. Тогда ставка сыграла, а cработает ли она сейчас, когда привлекли в 380 раз больше денег, – главная интрига ближайших лет.

Пузырь или ставка на будущее?

Оценка SpaceX в $1,75 трлн на IPO вызвала полярные оценки – от прогнозов триллионной прибыли до предупреждений о самом крупном пузыре со времен доткомов. В пользу высокой оценки сработало несколько факторов. Наиболее очевидный – аналогия с Tesla. В 2010 году капитализация производителя электромобилей, не имеющего стабильной прибыли, при выходе на биржу составила около $1,7 млрд, и за 15 лет выросла до $1,4 трлн. 

“Оценка SpaceX почти в $1,8 трлн при текущей убыточности — это не классический пузырь, а оптимистичный настрой, выраженный в цене», – пояснил “ВЕДам” экономист, управляющий партнер RootFoot Никита Шатохин.

По его словам, львиную долю такой оценки крупных компаний обычно составляют не текущие финансовые результаты, а ожидания. «SpaceX — это огромная корпорация, внутри которой есть огромное количество различных хайтек направлений: это и оборонка, и госзаказы, и космос, и связь Starlink. Инвесторы ожидают, что, имея такой багаж технологий, компания может выстрелить», — пояснил он.

Ну а что же тогда смущает инвесторов в позитивных прогнозах? Соотношение капитализации к выручке. Мультипликатор P/S (price-to-sales) показывает, во сколько раз рыночная стоимость компании превышает ее годовую выручку, и чем выше этот показатель, тем более агрессивный рост закладывают инвесторы в текущую цену. У SpaceX мультипликатор составляет около 93. Для сравнения: у Nvidia, главного бенефициара ИИ-бума, P/S составляет около 23. У OpenAI и Anthropic, которые готовятся к IPO, мультипликаторы оцениваются в 40 и 30 соответственно. А на историческом пике пузыря доткомов в 2000 году средний P/S на IPO был 48,9 (то есть вдвое ниже, чем у SpaceX сейчас).

Второй момент – ускоряющиеся убытки. В 2025 году чистый убыток SpaceX составил $4,93 млрд, а за первый квартал 2026 года – почти столько же, $4,27 млрд. ИИ-сегмент, который должен стать главным драйвером будущей выручки, пока забирает слишком много. 

Но рынок всё же в него верит, например, по оценкам Goldman Sachs, к 2030 году выручка SpaceX может достигнуть $474 млрд, из которых $322 млрд придется на ИИ-направление. Morgan Stanley прогнозирует рост выручки до $3,4 трлн к 2040 году с чистой прибылью в $2,7 трлн.

Именно на таких ожиданиях строятся планы других ИИ-компаний, готовящихся к выходу на биржу. Anthropic и OpenAI, два главных конкурента SpaceX в сфере искусственного интеллекта (причем каждая с потенциальной оценкой выше триллиона долларов), объявили о подготовке IPO в этом году, а технологический гигант Alphabet  уже заявил о планах привлечь $85 млрд для развития ИИ – и эта сумма уже превышает рекорд SpaceX. 

Говоря о волне мега-IPO после размещения SpaceX, Шатохин подчеркнул двойственность ситуации: с одной стороны, новые размещения приносят на рынок инвестиции и развитие, с другой — возникает риск, что инвесторы начнут меньше ориентироваться на понятные финансовые показатели и больше верить в «футуристичные технологичные проекты».

В общем, IPO SpaceX – это не история про космос. Это история про то, что компания с годовой выручкой $18,7 млрд стоит дороже, чем 12 крупнейших компаний аэрокосмической отрасли вместе взятых. Про то, что инвесторы платят не за ракеты и не за спутники, а за веру в способность одного человека превратить ИИ, связь и космические технологии в бизнес с выручкой в триллионы долларов. И если прогнозы Goldman Sachs и Morgan Stanley сбудутся, текущая оценка еще покажется низкой. А если нет, инвесторы получат урок о том, чем заканчиваются авансы на будущее.