$39 триллионов на кону: что будет, если США объявят дефолт

Представьте себе компанию с годовой выручкой в 30 триллионов долларов, чьи долги перед кредиторами достигают отметки в 39 триллионов. Для любого бизнеса такой баланс звучал бы как приговор о банкротстве. Но эта компания — Соединенные Штаты Америки. И несмотря на все финансовые проблемы, весь мир продолжает давать ей в долг охотнее, чем кому-либо ещё на планете. 

Однако с каждым днем долг только растет, и эту проблему становится все сложнее игнорировать. Экс-министр финансов США Полсон говорит об угрозе обвала рынка американского госдолга и предлагает американским властям разработать план предотвращения кризиса. Народный банк Китая рекомендует банкам ограничить вложения в американские госбумаги. А крупнейшие агентства снижают кредитный рейтинг США с высшего уровня. Разбираемся, кто потеряет больше всех, если Америка откажется выполнять обязательства по госдолгу, и что произойдёт с миром в разных сценариях дефолта.

Сколько должны и кому?

17 марта 2026 года американский госдолг впервые в истории превысил 39 триллионов долларов. Для сравнения: это уже значительно превышает объем всего валового внутреннего продукта страны за 2025 год. И этот разрыв продолжает стремительно увеличиваться — примерно на триллион каждые три-четыре месяца.

Откуда же берется эта гигантская цифра? Механика проста: правительство тратит больше, чем собирает налогов, а образовавшуюся дыру в бюджете закрывает заимствованиями, выпуская казначейские облигации.

Возникает резонный вопрос: а кто, собственно, финансирует этот бесконечный праздник потребления? Если разложить структуру держателей публичной части долга, то картина получается следующей. Львиную долю — около 53% от публичной части — держат американские частные и институциональные инвесторы: пенсионные фонды, страховые компании, банки. Ещё около 14% принадлежит Федеральной резервной системе. 

Остальную треть, а это внушительные 9,3 триллиона долларов, контролируют иностранные государства. Почетное первое место в списке кредиторов удерживает Япония с портфелем в 1,24 триллиона. Следом за ней с большим отрывом идут Великобритания (880 млрд) и Китай (688 млрд). Хотя Китай, некогда бывший главным казначеем Америки, в последние годы стратегически сокращает свои позиции, постепенно избавляясь от американских бумаг.

Но какой бы национальности ни был держатель, обслуживать такой колоссальный долг с каждым годом становится все больнее. Так, в 2024 году США впервые потратили на выплаты по долгу больше денег, чем на собственную оборону. И все же кредитование не останавливается.

Но почему все до сих пор дают в долг США? Секрет этого парадокса кроется в отсутствии альтернативы. Доллар по-прежнему обслуживает половину всех международных транзакций на планете и составляет около 57% мировых валютных резервов. 

Евро, юань или иена пока попросту несопоставимы с американской валютой ни по ликвидности, ни по масштабу рынка. Поэтому система держится на том, что уйти из доллара технически просто некуда. Однако что будет, если этот фундамент даст трещину?

Как США вообще могут объявить дефолт?

Чтобы понять вероятность катастрофы, стоит помнить, что в США есть «потолок государственного долга». Такого механизма самоограничения нет ни у одной другой крупной экономики мира. Это законодательно установленный лимит на сумму, которую правительство имеет право занимать. Когда лимит достигнут, Министерство финансов не может выпускать новые облигации — даже чтобы заплатить по уже взятым долгам или профинансировать расходы, которые Конгресс уже утвердил. 

Потолок появился в 1917 году и с тех пор поднимался более 100 раз. По сути, это бюджетный механизм, превратившийся в политический инструмент давления: партия, контролирующая конгресс, может торговаться за уступки, угрожая не поднять потолок и тем самым технически обанкротить собственное государство.

Нельзя сказать, что это игра без последствий. В 2011 году политические баталии зашли так далеко, что за несколько недель индекс S&P 500 (фондовый индекс, включающий 500 крупнейших по капитализации публичных компаний США – ведущий индикатор состояния американского фондового рынка) рухнул почти на 17%. То есть грань между мифом и реальными последствиями намного тоньше, чем кажется.

Что случится с миром - в трёх сценариях

Как мы поняли, дефолт США — это не то чтобы абстрактная угроза. У этого теоретического явления есть конкретная механика, участники и последствия. И, конечно, они  будут отличаться в зависимости от того, насколько долго и насколько намеренно Америка не будет платить. Разберем три сценария, с которыми может столкнуться мир, если дефолт всё же случится, — от плохого к катастрофическому.

Сценарий 1. Технический дефолт: договорятся в последний момент

Конгресс тянет до последнего, казначейство исчерпывает все бухгалтерские трюки. Наступает «день X», по нескольким выпускам облигаций проходят пропуски платежей. Однако через несколько дней, на фоне всеобщей паники, политики все же заключают сделку. 

Рынки реагируют нервно, но предсказуемо. Индекс S&P 500 проваливается на 15–20%, особенно сильно страдает финансовый сектор и подрядчики Пентагона.

Казначейские облигации с погашением вблизи «дня X» падают в цене: никто не хочет держать бумагу, по которой могут не заплатить. Остальные гособлигации, напротив, могут вырасти — инвесторы ищут «убежище» в бумагах с более длинным сроком, не попавших в зону риска. Золото дорожает. Доллар слабеет. После соглашения рынки восстанавливаются. Год заканчивается примерно на нуле.

Для России этот сценарий относительно нейтрален. Да, глобальный уход от риска может краткосрочно уронить цены на нефть, но этот провал быстро отыгрывается. 

Ну а главный ущерб для США в этом сценарии — не финансовый, а репутационный. Американский долг навсегда теряет статус «абсолютно безрискового». 

Сценарий 2. Жёсткий дефолт: несколько недель без договорённости

Политический кризис затягивается на недели. Конгресс не договаривается. Казначейство несколько недель пропускает платежи — сначала по менее приоритетным обязательствам (госслужащим, подрядчикам), потом по облигациям. Это уже не технический сбой — это похоже на реальный дефолт.

Обвал акций — не 17%, а 30–40% и больше. Финансовый сектор несёт прямые потери: балансы банков, страховых компаний и пенсионных фондов набиты казначейскими бумагами, которые мгновенно обесцениваются. Регуляторы требуют пополнить резервы. Начинается принудительная продажа активов по всему рынку — ровно как в 2008-м, только масштаб больше.

Денежные рынки замирают. Теперь инвесторы требуют компенсацию за риск. Стоимость заимствований для США резко вырастает — а вместе с ней автоматически дорожают ипотека, корпоративные кредиты, студенческие займы. Ставки ползут вверх по всему рынку.

Федеральная резервная система (ФРС – условный Центральный банк США) оказывается перед жёсткой дилеммой. С одной стороны — необходимость, то есть фактически скупать подешевевшие казначейские облигации. С другой — это будет выглядеть как безостановочная работа печатного станка и разгонит инфляцию. 

“Думаю, американские финансовые власти это прекрасно понимают. Именно поэтому они, скорее всего, уже сейчас склоняются к тактике плавной девальвации”, – комментирует “ВЕДам” доцент, кандидат экономических наук Максим Чирков. 

Он также обращает внимание, что нынешняя рекордная за несколько лет инфляция в США, по сути, является отголоском попыток решить долговую проблему. “Плавное обесценивание доллара для них — сознательный или вынужденный, но управляемый способ снизить долговое бремя, чтобы не доводить ситуацию до катастрофического обвала”, – заключает эксперт.

Мировые рынки при таком сценарии будут падать синхронно, валюты развивающихся стран – обваливаться. Страны с высоким долгом в долларах — Турция, Аргентина, ряд африканских экономик — могут впасть в собственные кризисы как эхо американского.

Для России картина двойственная: отрезанная от западных рынков капитала, Россия не испытает прямого коллапса, но глобальная рецессия гарантированно обвалит спрос и цены на сырье, нанося косвенный, но ощутимый удар.

Сценарий 3. Системный дефолт: конец доллара как резервной валюты

Это сценарий осознанного или вынужденного отказа США обслуживать долг на длительный срок — месяцы или дольше — в сочетании с осознанной потерей доверия к доллару как мировой резервной валюте. Вероятность такого исхода крайне мала, но последствия – планетарные. 

Доллар сегодня — это не просто купюры в кошельках, это система расчетов SWIFT, контракты на нефть и газ, резервы центробанков. Если фундамент рушится системно, мир хаотично пытается найти альтернативу. Но она не готова: евро не имеет единого суверена-гаранта, а юань закрыт для свободного движения капитала. Поэтому замена может занять не годы, а десятилетия.

“Ключевая проблема не в формальном статусе — международной валютой доллар в любом случае останется, — а в том, сколько он будет стоить”, - поясняет Чирков. По мнению эксперта, в случае дефолта по госдолгу Соединённым Штатам так или иначе придётся девальвировать доллар, причём речь идёт о падении на десятки процентов. “Здесь, по сути, два пути: либо американские монетарные власти проводят управляемую, относительно плавную девальвацию, либо доллар обваливается самостоятельно и бесконтрольно”, – резюмирует эксперт. 

Если доллар теряет статус расчётной валюты, торговые партнёры будут вынуждены переходить на двусторонние договорённости в национальных валютах. Не будет единого ценового ориентира, не будет ликвидного рынка, транзакционные издержки взлетят. В сторону двусторонних договореннстей уже движутся Китай и Россия, Индия и ряд стран Персидского залива — но крайне медленно. Резкое ускорение создаст хаос.

И здесь стоит вспомнить держателей долга: Китай остается одним из крупнейших кредиторов Америки. При системном дефолте 700 млрд “китайской” части долга превратятся в пыль. И проблема здесь не столько в потере этих денег, сколько в том, что за ними стоит. Китайская экономика критически завязана на экспорт и американский спрос, а финансовая система КНР глубоко интегрирована в долларовую. Потеря активов спровоцирует банковский кризис внутри самого Китая, сокращение кредитования и неизбежную резкую остановку производства.

Для России эта ситуация может вызывать эффект домино. Если Китай, наш крупнейший торговый партнер и покупатель энергоресурсов, уйдет в глубокую рецессию, спрос на российскую нефть, газ и металлы рухнет вслед за китайской промышленностью. В общем, радоваться тут будет нечему. 

Почему этого, скорее всего, не случится?

В равновесии эту хрупкую систему удерживает только трезвый политический расчет. Американские элиты прекрасно понимают: настоящий дефолт уничтожит их самих — пенсионные фонды избирателей рухнут, ипотечные ставки взлетят, банки начнут закрываться. Цена слишком высока. Именно поэтому выход из ситуации всегда удавалось находить.

К тому же у США есть «запасной выход», недоступный другим странам, — печатный станок ФРС. Технически регулятор способен выкупить любой объем госдолга. Однако это будет означать переход от финансового дефолта к инфляционному. То есть обязательства могут быть погашены, но деньгами, которые стремительно теряют свою ценность. (Отголоски этого сценария мир наблюдал в 2020-2022 годах, когда рекордная денежная накачка разогнала инфляцию до сорокалетних максимумов – до 9,1%).

В общем, пока система держится на доверии – за 250 лет своего существования США ни разу не объявляли классический дефолт. И если эту традицию однажды нарушить, вернуть то самое доверие будет несравнимо сложнее, чем поднять очередной потолок госдолга в последний момент.